• Aļģirds,
  • Alģis,
  • Oļģerts,
  • Orests
Гороскоп
Поиск на VESTI.LV Поиск на VESTI.LVRSSFacebookЛента новостей
Люблю! Люблю!
«Сегодня» «Сегодня»
Reklama.lv Reklama.lv
Видео Видео
bb.lv bb.lv
telegraf.bb.lv Telegraf
Программа Программа


Гороскоп
Люблю! Люблю! «Сегодня» «Сегодня» Reklama.lv Reklama.lv Видео Видео bb.lv bb.lv telegraf.bb.lv Telegraf Программа Программа


Блюзовый ангел Алина Таффман

Размер текста Aa Aa
«Сегодня» / интервью
Vesti.lv 11:00, 16 декабря, 2018

Собеседница «НЕДЕЛЯ Сегодня» — блюзовая и джазовая певица из Санкт—Петербурга Алина Таффман. Она известна как обладательница одного из самых уникальных в России голосов и одновременно как талантливый музыкальный педагог.



Аспирант джазово—эстрадной кафедры Санкт—Петербургского университета культуры и искусств, Алина Таффман является музыкальным экспертом Первого канала, руководителем школы голоса Natural Voice и выступает с удивительно яркими и эмоциональными концертами. С нами, читателями, она делится своей философией музыки, как искусства.

Твёрдое детское решение

— Каким было ваше первое выступление на сцене перед публикой?

— Это было в родном Новосибирске. Я росла в семье профессиональных музыкантов — мой папа, Александр Дмитриевич Тархов, был гитаристом, аранжировщиком и руководителем эстрадного бенда Новосибирской Филармонии. Мы много музицировали, вместе ходили на репетиции эстрадной программы под управлением папы. На одной из них — мне было четыре года — разучили хит сезона «Я у бабушки живу», и уже через неделю стояла на большой сцене. Никакого страха, робости и зажатости не было и в помине — я ведь просто рассказала аудитории историю, заключенную в песне! Это тот подход, которым пользуюсь и сейчас, учу ему своих студентов: если ты вышел на сцену, то должен ясно понимать, что именно хочешь поведать публике, чем с нею желаешь поделиться.

— Стало быть, то, что вы посвятили жизнь музыке, оказалось предопределено?

— А вот и нет... Хотя с самого рождения жила в мире музыки, дома всегда звучали и классика, и джаз, и рок: моей колыбельной был альбом Led Zeppelin IV, а «пробуждальной» — группы Uriah Heep и Chicago. Когда мне было примерно восемь лет, родители спросили: «Кем ты будешь, когда вырастешь?..» И, получив в ответ уверенно—амбициозным контральто: «Я буду музыкальным педагогом», возопили разом: «Ты с ума сошла? Сидеть с утра до ночи в музыкальной школе в беспросветно женском коллективе и лупить бездарей линейкой по рукам?!» На что тоном, не допускающим возражений, ответила: «Вы не поняли — я буду очень крутым музыкальным педагогом!»

Впоследствии родители пытались переключить мое внимание на другие профессии — тем более, что мама была инженером высшей категории. Я тоже обладала способностями к точным наукам и в школе всегда побеждала на физико—математических олимпиадах.

Вообще—то родителей можно было понять. Самое начало 90—х — в той ситуации уже накатывавшейся на страну нищеты решение стать музыкальным педагогом выглядело со стороны достаточно смелым, если не сказать безрассудным.

— Но от намерения своего вы не отступили...

— Ну, вполне могло сложиться и так, что стала бы я, например, программистом и специалистом по звуковой инженерии. Но я всегда умела настоять на своем. Родители смирились с моим выбором — но при этом они сумели внушить мне, что если уж выбираешь дело своей жизни, то нужно быть ему фанатично преданным, иначе не стоит и браться. Поэтому, поступив в музучилище на дирижерско—хоровой факультет (на какой же еще после окончания лучшей хоровой школы города?), училась с огромным интересом и любовью к выбранной специальности, а со второго курса работала в хоровой студии папиной сестры Ольги Дмитриевны — известного в Новосибирске хормейстера.

Уже впоследствии случались такие трудные моменты, когда уже почти готова была поменять профессию, уйти из музыки в административную сферу. Но всякий раз вдруг кто—нибудь приглашал меня в интересный музыкальный проект, от участия в котором просто не могла отказаться.

Ангелы улетели

— Почему вы сменили Новосибирск на Санкт—Петербург?

— В Новосибирске проработала восемь лет, преобразовав хоровую студию в вокально—эстрадную. В ней мы обучали детей на основе сращивания классического и эстрадного подхода. То есть ребенок постигал целый комплекс музыкальных предметов: хор или ансамбль, сольфеджио, музыкальную литературу, индивидуальный вокал, игру на фортепиано и сценическое движение. Это была очень полезная школа и для меня самой, многие наработки применяю в своей преподавательской деятельности и сейчас: именно тогда создала свою первую инновационно—обучающую программу для детской эстрадной студии, а сейчас на ее основе пишу диссертационную работу.

Однако в какой—то момент поняла, что мне недостает должного эстрадного образования. Требовался вуз, где можно обучиться и джазовому вокалу, и музыкальной режиссуре, и сценическому движению. Было два варианта — Гнесинка в Москве и Университет культуры в Петербурге. Выбрала именно Питер, и не ошиблась. Кроме того, стремилась реализовать себя и в качестве исполнителя — в 2004–2006 годах участвовала в вокальной группе NonStop, в 2006—м организовала блюзовый проект Atomic Juice, впоследствии переименованный в Blues Angels.

— А какой музыкальный жанр предпочитаете?

— Я, как и любой профессиональный исполнитель, прошла через многие музыкальные жанры — от классики до эстрады. Отлично получались городские романсы, лирические эстрадные песни. Но больше всего хотелось освоить джаз и рок.



Мне повезло с педагогом по вокалу в Университете культуры: кроме того что Наталья Юрьевна раскрыла природу и уникальность моего голоса, она много работала со мной именно над стилистикой исполнения разной музыки. Она сразу отметила, что у меня особенно получаются блюзовые вещи — учитывая мой весьма низкий диапазон и нестандартный тембр. И я действительно увлеклась блюзом, он стал мне по—настоящему интересен. Исследовала его не только с практической, но и с теоретической стороны — написала огромную курсовую работу по истории блюза, которую теперь использую для обучения своих студентов.

При подготовке дипломного концерта мы подружились с аккомпанирующими музыкантами, часть которых и стал проектом «Блюзовые ангелы» (Blues Angels). Несмотря на название, его репертуар не ограничивался одним только блюзом — мы делали интересные кавер—версии на отечественные и зарубежные хиты, на классический джаз, и, конечно, рок и рок—н—ролл. В дальнейшем в «Блюзовых ангелах» работали лучшие музыканты Санкт—Петербурга.

Проект просуществовал пять лет, выступив на многих крупных фестивалях и концертах.

— А почему же он закрылся?

— К сожалению, мы не видели для него больших перспектив. С «Блюзовыми ангелами» могла бы много лет выступать по небольшим клубам, но не более... Увы, это не та музыка, которая имеет массового слушателя в нашей стране.

Но, разумеется, ни сцену, ни блюз не оставила. В прошлом году мне посчастливилось познакомиться и начать работу с известным композитором, гитаристом и вокалистом Алексеем Смирновым, чье имя в наибольшей степени ассоциируется с группой «Кафе». Он относится к числу тех музыкантов, звук гитары которых ни с кем не перепутаешь. Мы сделали совместную программу «От джаза до рока», в которой Алексей играет на акустике, а выступаю в роли этакого «человека—оркестра». (Смеется.)

Существуют различные вокальные техники, владение которыми позволяет подражать голосом звучанию целого ряда музыкальных инструментов — саксофон, тромбон, губная гармошка и так далее. Если же мне случается выезжать на гастроли в другие города, то меня сопровождает стандартный состав — гитарист, басист и ударник.

Причем тут музыка?

— Расскажите о вокальной школе Natural Voice, которой вы руководите.

— У меня накоплен солидный преподавательский опыт, полученный не только в Новосибирске, но и в петербургском детском мюзик—холле, и, конечно, в Эстрадном театре «Веселый балаганчик», где работаю и сейчас. Но мне всегда хотелось заниматься не только вокалом, но комплексно развивать голос — это и телесная ориентированность, и сценическая речь, и классический и джазовый вокал, и экстремальные рок—техники, и даже бит—бокс...

Постепенно стали складываться желания и возможности нескольких педагогов двигаться в одном направлении. Особенно хочется отметить нашего вдохновителя, мастера сценической речи школы ГИТИС Людмилу Константиновну Жаркову — талантливейший педагог с уникальным подходом к каждому студенту и его голосу!

Мы с коллегами работаем на двух уровнях. Во—первых, к нам приходят люди, которым хочется научиться петь и публично выступать. Они, как правило, не связаны с музыкой, хотят освоить голосовые техники, уверенно чувствовать себя на публике, и исполнить мечту — исполнять любимые песни. С ними мы проводим много семинаров и практик — и за достаточно короткое время человек начинает слышать и чувствовать свой голос, свое тело совершенно иначе. Также мы создали отдельные обучающие курсы для людей определенных профессий (юристов, тренеров, учителей) с учетом специфики речи и голосовой нагрузки в их работе.

Второй уровень обучения — это переход с самодеятельного на профессиональный уровень: подготовка к вокальным конкурсам, к выступлениям на большой сцене, к поступлению в музыкальное училище или институт. Иногда берут уроки и уже состоявшиеся певцы, которым предстоит записать новый альбом, выступить на важном концерте, или пройти кастинг — то есть показать лучшее, на что они способны. Задача нашей школы — помочь человеку максимально раскрыть тот голосовой ресурс, что заложен в него природой. Ведь каждый голос, как и его обладатель — уникален!

— В России много талантливых певцов, много сильных голосов. А вот новых суперзвезд в мире популярной музыки давным—давно уже не появлялось. Мы слушаем, по сути, тех же исполнителей, что и десять, и пятнадцать лет назад...

— А тут проявился интересный феномен — не произошло конфликта поколений. Поколение нынешних сорокалетних пока так и не растождествили себя с двадцатилетними. Мы как бы застряли в затянувшейся молодости и решительно отказываемся воспринимать себя зрелыми людьми. А люди, отвечающие за развитие музыкальных трендов, пребывают в растерянности — они не знают, какую теперь новую молодежную субкультуру, каких свежих кумиров можно было бы нам противопоставить, чтобы сыграть на контрасте с «отживающей, ретроградной модой». Ну и, конечно, сыграло роль общее падение интереса к музыке — потому что у нас в России в какой—то момент чересчур увлеклись нарезкой фонограммных «звезд быстрого приготовления». А ведь настоящий процесс построения качественной мейнстримовой музыки — он затратный и не менее сложный, чем выращивание пшеницы. Начиная от хорошей, интересной для ребенка системы музыкального воспитания в детсадах и школах (во всем мире это называется «система элементарного музицирования») и заканчивая престижем работы профессионального музыканта и разнообразием жанров популярной музыки.

— То есть музыкальный бизнес в России душит халтура?

— Ну о какой качественной музыке можно говорить, если в последние тридцать лет у нас главное в эстрадном жанре — знаете что? Нет, не мелодия и гармония, не аранжировка и «модный саунд», даже не энергетика живого выступления и воздействие артистической харизмы... Нет! В российской музыке главное — это тексты: чтобы слушателю была близка социальная или лирическая «драма»! Ну и деньги, конечно: чтоб группу с «близкими слушателю темами» можно было продать от Москвы до Сахалина.

Вот и вопрос: причем тут музыка? Возможно ли стремление стать профессионалом, виртуозом, экспериментатором, когда и под расстроенные гитары, или под синтетическую фонограмму тексты все равно прозвучат и будут куплены — а музыка всего лишь необязательный к ним фон? В итоге отечественную эстраду поглотил непрофессионализм. Естественно, это привело к тому, что народ начал терять интерес к такому виду искусства, а молодежь перестала рваться в рок— и поп—идолы. Типичная современная «поп—звезда», собственно, к музыке имеет мало отношения, это результат хайпа, медийный пузырь. Появилась из ниоткуда, наделала шуму и быстро исчезнет в никуда.

Петь по—настоящему

— Как вы оцениваете современные продюсерские проекты типа «Голоса»?

— Сама участвовала в «Голосе» — в сезоне 2016 и 2017 годов. Долго и усердно готовилась к кастингу, прошла отбор, но в эфир не вышла — выступила профессионально, но не почувствовала при этом должного драйва, азарта... Но это был мощный опыт: и себя в деле проверить, и познакомиться со многими талантливыми людьми — исполнителями и продюсерами. Как показала практика, последнее даже важнее...

Дело в том, что в подобных программах есть очень четкое следование голосовым и актерским типажам—амплуа. И хоть пытаются музыкальные редакторы обратить внимание на яркие, нестандартные выступления на кастингах, все равно в дальнейшем предпочтение отдается «формату»... Так было и в шоу «Победитель», где мы были экспертами, и на «Главной сцене», и в шоу «Песни», где выступали наши студенты... И, конечно, любой продюсерский проект должен подразумевать контракты с новыми артистами — записи их репертуара, организацию концертов. Но в реальности этого не происходит, а жаль...

И тем не менее благодаря «Голосу» мы узнали харизматичных и талантливых Наргиз, Мариам Мерабову, Диану Гарипову, Александру Воробьеву, прекрасных исполнительниц из нашего Петербурга — Леру Гехнер и Ольгу Абдуллину. И если даже в «Голосе» они показали себя не во всем своем великолепии — с ними познакомилась широкая публика, их концерты посещают, и это дает им возможность выступать на больших площадках и создавать сольные программы.

— Что вам больше нравится — преподавать музыку или петь со сцены?

— А что больше нравится — вдох или выдох? В моем случае одно без другого невозможно.

Если сценическое выступление воспринимается как экспрессия, как самореализация через свой голос и тело, через чувство единения и с аккомпанирующими тебе музыкантами и со слушателями, то работа со студентами, с учениками — это, в первую очередь, процесс слушания. Что крайне важно, ведь в силу устройства нашей физиологии мы, когда говорим или поем, себя практически не слышим со стороны — так, как нас воспринимают другие. И моя задача — быть ушами для моих студентов.

Ты уже не себя показываешь, а вслушиваешься в другого человека, в его тело, в его голос. Нужно поймать тот момент, когда человек добивается наилучшего результата и сказать ему: «Теперь запомни, как ты это сделал — поставим „якорь“ именно на это эмоционально—физическое состояние». И нужно помнить, что каждый обладает своей индивидуальностью.

Я, конечно, показываю на репетициях примеры вокальной техники, но всякий раз поясняю: «Вот в точности как я, ты повторить не сможешь — все голоса разные. Давай попытаемся найти в тебе, в твоем голосе именно то, что стопроцентно и неотъемлемо твое. Только тогда ты запоешь по—настоящему».

Владимир ВЕРЕТЕННИКОВ,
собкор газеты «НЕДЕЛЯ Сегодня»
в Санкт—Петербурге.

Читать все комментарии (0)

Читать все комментарии

Добавить комментарий

Анонимные комментарии

Добавить

Ответить

Анонимные комментарии

Добавить


Также в категории

Читайте также

В мире Рейтинг Путина рухнул и достиг исторического минимума

Президенту Владимиру Путину доверяют 33,4% россиян, в то время как его работу одобряют 62,1% респондентов. Об этом говорят результаты телефонного опроса ВЦИОМ, проведенного с 9 по 13 января.

Люблю! Какие амулеты опасно привозить из других стран?

Любишь привозить из дальних стран таинственные артефакты? Имей в виду, они далеко не безобидны! Разбираемся, какие магические талисманы лучше оставить на полках сувенирных лавок.

В мире На АЭС Украины обнаружены неполадки

На Украине отключили третий энергоблок Ровенской АЭС. Первый энергоблок станции сейчас находится на плановом капитальном ремонте. Второй и четвёртый работают в полную мощность.

Lifenews Более 2,4 млн россиян приняли участие в крещенских купаниях

Более 2,4 миллиона человек приняли участие в крещенских купаниях в России в ночь с 18 на 19 января. Об этом сообщила официальный представитель МВД РФ Ирина Волк.

В мире В США рассказали, какое оружие из арсенала России страшнее ядерного

Российские ракеты с обычными боеголовками гораздо опаснее ядерного оружия. Об этом говорится в статье издания Foreign Policy.

Техно Гей-машиной 2019 года назван спорткар Alpine А110

Гей-автомобилем года в мире признано купе Alpine А110. Элегантный спорткар выпускает французская компания Renault.

Lifenews В Италии продают дома дешевле чашки кофе. С видом на Средиземное море!

В итальянском городке Самбука-ди-Сицилия, расположенном на вершине холма, откуда открывается живописный вид, продают недвижимость по цене €1. Но есть нюансы.

«Сегодня» Кришьянис Кариньш в шаге от исторического рекорда

Нынешний 13-й сейм уже побил рекорд новейшей истории Латвии — за 3,5 месяца после выборов так и не удалось утвердить правительство. Однако рекорд всего периода независимости Латвии еще не побит, хотя Кришьянис Кариньш и близок к его повторению, пишет латвийская газета «СЕГОДНЯ».

Lifenews «А где Пугачиха?»: Николаев отказался от шикарной вечеринки в день рождения

Певец поделился фотографией с празднования своего 59-летия. Подписчики нашли состав гостей за столом весьма необычным.